|
|
Случай излечения кожного лейшманиоза гомеопатическим способом
Версия для скачивания (article1.doc, 39Кб)
Новосибирская государственная медицинская академия, Новосибирский научно-практический центр традиционной медицины и гомеопатии
Лейшманиозы представляют собой большую группу протозойных трансмиссивных инвазий, имеющих природную очаговость и протекающих с различными, нередко тяжелыми поражениями кожи и внутренних органов. Свидетельством возрастающей роли этих заболеваний в патологии человека является увеличение числа регистрируемых случаев за пределами природных очагов и связь заболеваний с исходным неблагополучием в системе защиты организма (1). Так, очевидна значимость лейшманиоза как оппортунистической инфекции при иммунодефицитах, в частности, ВИЧ-инфекции (2). В лечении предлагается ряд средств, чаще не обеспечивающих должного клинического эффекта, при этом высокотоксичных и не обладающих избирательным действием на возбудителя (мономицин, аминохинол, амфотерицин, солюсурьмин и др.) (3-5). Наиболее перспективной рассматривается терапия, к которой относится и гомеопатический метод, рассчитанная на саморегуляцию, обеспечивающая мобилизацию определенных механизмов защиты и в результате эффективное опосредованное воздействие на возбудителя.
В октябре 2001 года в Новосибирске был зарегистрирован случай кожного лейшманиоза антропонозного типа. Больной Г., 40 лет, коренной житель Азербайджана. Из анамнеза известно, что в 14 лет перенес гнойный средний отит. После 20 лет наблюдались признаки хронической патологии пищеварительной системы - колющие боли в правом подреберье, изжога. За год до заболевания наряду со значительным усилением указанных симптомов наблюдалась аллергическая сыпь, по поводу чего применялись гормональные мази, герпетическая инфекция на губах, обострение хронического отита. Приведенные данные являются свидетельством исходного неблагополучия в организме, дисбиоза, снижения дезинтоксикационных функций организма, что важно при планировании терапии. История настоящего заболевания началась в августе 2000 года, когда пациент еще проживал в Азербайджане. На латеральной поверхности первого пальца правой кисти около ногтевой фаланги появился бугорок красноватого цвета диаметром около 1 см. Постепенно его размеры увеличивались, появилась отечность пальца. В ноябре 2000 года на границе первого пальца правой кисти и запястья появился второй бугорок, сходный с первым. В феврале 2001 года на медиальной стороне запястья правой кисти появился третий элемент. С этих пор пациент проживал в Новосибирске, пораженная кисть постепенно утолщалась, увеличивалась в размерах. Лечение заключалось в непрерывном применении по назначению врачей гормональных мазей без клинического эффекта. Спустя год от начала заболевания, на пораженном пальце правой кисти (первом элементе) появилась маленькая язвочка, которая в течение месяца достигла гигантских размеров. Проводимая в то время на базе кожно-венерологического отделения Дорожной клинической больницы терапия (десенсибилизирующая, антибактериальная, наружная обработка антисептиками) эффекта не дала. Врачами был заподозрен кожный лейшманиоз, и при исследования мазков с пораженной поверхности кисти в лаборатории центра Госсанэпиднадзора г. Новосибирска были обнаружены лейшмании. Для дальнейшей терапии пациент был направлен в Муниципальную клиническую инфекционную больницу №1 г. Новосибирска (история болезни №6811). При осмотре 11.10.2001 г. было установлено, что пациент потерял в весе за последние полтора года 24 кг, хотя общее самочувствие существенно не страдало. Серьезным признаком неблагополучия было выявленное состояние депресии. При объективном исследовании отмечены значительный белый налет на языке и уплотненная печень. Кисть правой руки была значительно увеличена в размере, гигантских размеров достиг пораженный первый палец правой кисти. Главной особенностью развития всех трех элементов (папул на дистальной фаланге ниже ногтя, на третьей фаланге с тыла и на запястье по линии продолжения большого пальца) являлся массивный гранулематозный процесс с гиперкератозом кожи, что выглядело в виде больших наростов тканей - «толстыми лепешками». Изъязвлению подвергся первый элемент на концевой фаланге правого пальца ниже ногтевой пластинки. Язва занимала полностью всю тыльную поверхность крайней и средней фаланг и переходила на боковые поверхности пальца. Края язвы - высокие, подрытые, дно - чистое, гладкое, блестящее. Второй элемент на третьей фаланге с тыла выглядел толстой лепешкой гранулематозной ткани размерами примерно 5х3см, на запястье чуть возвышался третий элемент - 2х2 см, кожа инфильтрирована, а на ней отдельные мелкие остроконечные элементы разрастания ткани.
С учетом известных клинических данных об исходном статусе пациента, характере и продолжительности настоящей болезни было решено применить в лечении гомеопатический метод, сочетая приемы классической гомеопатии и антигомотоксической терапии. Общепринятая терапия не применялась. На первые 12 дней был назначен препарат aurum - muriaticum- natronatum С6 по 6 крупинок 2 раза в день. На 7-й день приема этого препарата больной отметил появление жгучих болей на месте язы, что рассматривалось как положительный признак активации биологически целесообразных реакций организма. На ощупь элементы стали более мягкими. После окончания приема aurum-muriaticun-natronatum был начат 5-ти-недельный курс антигомотоксической терапии (псоринохель, галиум-хель, лимфомиозот, гепар композитум, кутис композитум). Через 1 месяц от начала лечения кисть правой руки значительно уменьшилась в размерах, но оставалась увеличенной. Значительно сократился объем гранулематозных разрастаний, кисть выглядела более «живой». Язва на первом элементе стала плоской. В это же время изъязвился второй элемент. Отмечалось обильное мокнутие первого и второго элементов, серозное отделяемое с неприятным запахом и сильным чувством жжения. В лечении с учетом клинической симптоматики был назначен Carbo animalis С6 по 6 крупинок 2 раза в день в течение 1 месяца. За это время наметилось подсыхание раневой поверхности с образованием бугристых корочек серо-желтого цвета, в некоторых местах трещинки с просачиванием сукровичного отделяемого. Далее был назначен препарат Sepia LM6 в растворе по 1 чайной ложке на ночь 3 недели. Через 3 месяца от начала лечения кисть элементы стали более плоскими и мягкими на ощупь, сохранялось незначительное мокнутие со скудным серозным отделяемым без запаха. Отмечалась активная эпителизация изъязвлений. Полностью регрессировал третий элемент. Еще через 1 месяц инфильтративные элементы полностью регрессировали, кисть приняла нормальные размеры, отмечалась неравномерная пигментация кожи.
Таким образом, за 4 месяца наступило выздоровление, что заключалось в полном заживлении язв, восстановлении целостности кожных покровов без образования рубцов. За этот же период пациент почти восстановил свою прежнюю массу тела. Также произошло уменьшение депрессивного состояния. В приведенном случае клиническая картина болезни была характерна для антропонозного кожного лейшманиоза, возможности для лабораторной идентификации разновидности лейшманий не было. Повторные исследования на возбудителя в ходе лечения и по его окончании дали отрицательные результаты. Отмечен ряд особенностей – замедленное развитие местного процесса, массивные грануляции, длительное время отсутствие какой- либо тенденции к заживлению. Указанные явления, на наш взгляд, следует связывать как с исходной несостоятельностью системы защиты организма, так и с иммуносупрессивным действием длительной терапии гормональными средствами.
Настоящая история заболевания позволяет, с одной стороны, пополнить клинический опыт врачей в отношении возможных вариантов течения лейшманиоза, а с другой стороны, являет собой наглядный пример эффективного патогенетического лечения без применения этиотропных средств, в результате которого достигается опосредованное действие на возбудителя через активацию механизмов системы защиты организма.
Литература
- World Health Organization. Special programme for research and training in tropical diseases: leishmaniasis. 13th Programme report. Geneva: WHO Publications,1997:100-11.
- Константинова Т.Н., Лысенко А.Я., Лавыдовская М.В. и др.//Тер. архив.-1998.-№11.-С.31-33.
- Berman ID.// Clin Infect Dis.-1997. - Vol.24. - P.684-703.
- Fernandes A.P., Carvalho F., Tavares C.A.// Clin Infect Dis.-2001. - Vol.183. -P.1646-52.
- Buates S., Matlashewski G. // Clin Infect Dis.-`1999. - Vol.179. - P.1485-94.
|